Семье Пучиняна, пострадавшей от мошенников, вернули квартиру, но повесили долг
Поклонники режиссера Степана Пучиняна («Крейсер Аврора», «Тайны Мадам Вонг») вот уже который год следят за драмой, которая разыгралась в семье вдовы режиссера и ее сына. Эмилия Николаевна и ее сын Филипп стали жертвами мошенников, которые в результате не только отобрали у них все деньги, но и две квартиры, принадлежавшие семье. Мать и сын вот-вот должны были оказаться на улице, но благодаря действиям адвоката и вниманию прессы дело хотя бы как-то удалось сдвинуть с мертвой точки. «МК» оказался первым изданием, который помог семье известного режиссера в этой кошмарной ситуации, – именно наши публикации вызвали социальный отклик в обществе.
тестовый баннер под заглавное изображение
В результате следственных действий кое-кого из мошенников поймали в Санкт-Петербурге, самой Эмилии Николаевне пришлось пройти тяжелую психолого-психиатрическую экспертизу, которая и доказала, что она не отдавала себе отчета во время участия в мошеннической схеме по отъему жилья. В итоге на московскую квартиру был наложен арест, а квартира в г. Ступино, которую уже успели дважды продать, была возвращена вдове режиссера.
Правда, поздравления принимать здесь еще рано. Как рассказал нам Филипп Пучинян, квартиру-то вернули, только теперь пенсионерке придется…отдать из своего кармана три миллиона!
– Дело в том, что согласно заключению психолого-психиатрической экспертизы, мама не могла осознавать значение своих действий во время подписания договоров и получения расписки о получении денег. Денег, к слову, она тоже не получила — отдала их все мошенникам. Но поскольку по закону данный вид сделки не признан мошенническим, а квартиру вернули из-за заключения экспертов по поводу состояния мамы, в данном случае договор купли-продажи признан недействительным, но не мошенническим. А значит теперь нам придется где-то найти три миллиона, которые якобы мама получила в результате продажи квартиры. А где мы их возьмем, если мы и так все до копейки отдали мошенникам? — задается вопросом Филипп. — Пока не установлен срок, когда именно мы должны отдать эти деньги, но рано или поздно он наступит. И тогда, я боюсь, что квартиру придется все равно продавать за долги. Называется, выиграли дело…
Конечно, возникает резонный вопрос, а что помешало признать сделку мошеннической? Но тут причина довольно банальная: чтобы следователи обратили взоры на сделку как на мошенническую, надо, чтобы шло следствие в полном объеме. А оно, по словам Пучиняна, не очень-то и торопится.
«Дело находится в Следственном отделе в Люберцах. Уже четвертый следователь поменялся, но дело практически не сдвинулось с мертвой точки на протяжении почти семи месяцев. Мама ходит туда как на работу, маме дают понять: мол, все равно ничего не добьетесь — зачем только ходите? Она очень страдает и переживает, на это больно смотреть. Мы писали заявления и в Прокуратуру по поводу происходящего. Там согласны, что явно здесь нарушения, но при этом все равно никаких весомых подвижек нет. Имя первой покупательницы, участвовавшей в общей схеме, естественно, известно, как и все ее данные. Но за эти месяцы у них с мамой не было даже очной ставки ни разу! Мало того — мама по своей доброй воле принесла следователям сама все контакты — номера телефонов, паспортные данные участников произошедшего, но и это никак не сдвинуло дело с мертвой точки!»
Когда Эмилия Николаевна уезжала из квартиры в г. Ступино, она оставила там дорогие сердцу вещи: семейные реликвии, фотографии и т.п. Вдова режиссера и не думала, что их будут трогать, ведь сделка, по ее мнению, была лишь видимостью, чтобы сохранить жилье и вывести на чистую воду мошенников. Но новая владелица тут же выбросила на помойку все вещи.
«По закону новая владелица должна была поместить их в отдельный контейнер, и потом уже предъявить маме счет за оплату его аренды, но выбрасывать она не имели никакого права. Логично, что факт исчезновения вещей должен был быть выделен в отдельное производство, но нет: его просто приобщили к делу. А значит, что в этом вопросе, скорее всего, ничего не сдвинется. У мамы в квартире сейчас абсолютно голые стены, унитаз не работает, стеклопакет висит на одной петле, хотя раньше все было в порядке Мама боится даже газ включать — мало ли какая там ситуация. Но вызвать газовщика она не может: он приходит только рано утром, значит в Ступино надо ночевать, но ночевать она не может из-за отсутствия бытовых условий для проживания. Администрация г. Ступино, которая нам возвращала ключи, сказала, что доделывать ничего не будет, — сообщил Пучинян.- Кстати, на возвращенной квартире теперь еще висит и огромный долг за газ и за свет — около 400 тысяч рублей. На протяжении нескольких лет новыми владельцами счета не оплачивались. Понятно, что этот долг не на маме, но сам факт — придется теперь еще и с этими долгами нам разбираться!»
По словам Филиппа, он уже не знает, в какие еще двери стучаться, но все равно надеется на то, что всех виновных выведут на чистую воду.
