Женщина заплатила $10 000 за последствия зависимости от фильтров в соцсетях
Дисморфия тела (дисморфофобия) — это психическое расстройство, при котором человек чрезмерно сосредоточен на кажущихся ему недостатках своей внешности. Эти недостатки часто незаметны для окружающих, но для самого человека они становятся источником постоянной тревоги и навязчивых мыслей. Состояние может проявляться в многократном рассматривании себя в зеркале или, наоборот, в полном избегании зеркал, в постоянном сравнении с другими и в навязчивом желании «исправить» свою внешность любыми способами.
тестовый баннер под заглавное изображение
История Аспен Брук началась в обычной калифорнийской школе. Ей было двенадцать, и она хотела просто лучше выглядеть на фото, которые выкладывала в сеть. Так она впервые попробовала фильтры.
Сначала она просто убирала изъяны кожи. Потом стала менять форму носа, добавлять скулы, корректировать подбородок. Фотографий без фильтров в её телефоне почти не осталось. Со временем она стала замечать, что отражение в зеркале всё сильнее отличается от того идеального образа, который она создавала на экране.
Особенно её не устраивало лицо. Ей казалось, что у неё появился двойной подбородок — хотя на старых, неотредактированных фото его не было. Эта мысль не отпускала.
Во взрослом возрасте Аспен решила менять не только фото, но и себя. Сначала была операция по увеличению груди, потом — филлеры и ботокс. А в 29 лет она пришла к хирургу с просьбой убрать тот самый двойной подбородок. Запрос был простым: она показала свою фотографию, обработанную в приложении FaceTune, и сказала: «Я хочу выглядеть вот так».
Операция стоила 10 000 долларов. После неё пришлось долго носить специальный бандаж. Когда всё зажило, Аспен поняла, что чувство недовольства собой не исчезло. Она снова открыла телефон и стала накладывать на новые снимки всё те же фильтры. Желание что-то исправить осталось.
Её родители не одобряли операцию, но переубедить дочь не смогли. Сама Аспен позже связала свои переживания с тем, что с подросткового возраста она видела в основном не своё настоящее лицо, а его цифровую версию.
Отношение к своей внешности изменилось у неё только после рождения дочери. Глядя на ребёнка, Аспен увидела в нём что-то абсолютно настоящее. Позже она нашла свои старые, неотредактированные фото и удивилась — она была очень милым ребенком.
Теперь для своей дочери Аспен планирует строгие правила: никаких социальных сетей с фильтрами для лица до тех пор, пока та не станет старше. По её мнению, подросткам не стоит постоянно видеть искажённую версию себя.
Свою историю она рассказывает не для того, чтобы осудить пластическую хирургию, а чтобы показать: если причина недовольства собой — не реальный изъян, а навязчивая мысль, операция не станет решением. В этом случае нужна помощь психолога или психиатра, а не хирурга.
