Как живет 100-летний актер Заманский: прошел войну, лагеря, а под старость ведет жизнь затворника
Известный мастер театра и кино, народный артист РСФСР, один из немногих участников Великой Отечественной, кто еще остается сегодня с нами. И самый старший из ныне здравствующих отечественных актеров. Владимиру Петровичу Заманскому исполнилось ровно 100 лет.
тестовый баннер под заглавное изображение
За те долгие годы, что он отдал съемочной площадке, Владимир Заманский смог отметиться в нашем кинематографе очень ярко. Работал у великого Андрея Тарковского – в том числе и в самом первом его фильме. Сыграл одну из главных ролей в легендарной «Проверке на дорогах» Алексея Германа. Для фонограмм нескольких популярных картин «подарил» свой голос популярнейшему Донатасу Банионису…
След «Росомахи»
Он родился на Украине, в Кременчуге 6 февраля 1926 года. Так уж вышло, что с первых своих дней жил только с матерью, простой швеей. А летом 1941-го, когда грянула Великая Отечественная, и вовсе осиротел: этот самый близкий человек погиб у него на глазах при очередной бомбежке.
Когда фронт приблизился к городу, 15-летнего школьника, оставшегося под опекой родной тети, эвакуировали далеко на восток – в Узбекистан. Там нужно было продолжать учебу, но паренек, не хотел сидеть за партой, когда идет война. Он рвался на фронт – мстить за убитую маму. Осенью 1943-го, в 17 лет, Володя добился, чтобы его взяли в армию. Для этого пришлось пойти на хитрость – «подкорректировать» документы, приплюсовав себе недостающий до призывного возраста срок.
Заманского отправили на курсы радистов, после окончания которых он в мае 1944 года попал, наконец, в действующую армию. Тогда конечно никто не знал, что страшная военная страда продлится еще целый год. И за этот год молоденькому бойцу выпало изрядно испытаний!
Те, кто знал Владимира Петровича в более позднее время, упоминали, что он, как и многие бывшие фронтовики, не любил рассказывать о войне. Потому известно о его буднях и подвигах на Великой Отечественной не так уж много.
Весь боевой путь довелось пройти в одном и том же 1223-м легко-самоходном артиллерийском полку – будучи членом экипажа ленд-лизовской американской самоходки М10, которую солдаты союзников прозвали «Росомахой».
Летом 1944-го механизированное соединение, где служил Заманский, участвовало в наступлении на Оршу. Их гусеничная машина оказалась подбита, возник пожар. Владимир, хотя и получил ранение в голову, сумел все-таки спасти, оттащить от полыхающей самоходки тяжело раненого командира. Некоторое время будущему артисту пришлось пробыть на больничной койке. Но потом снова вернулся в свою часть. По ходу одного из боев экипаж, в составе которого он теперь воевал, отличился. Некоторые подробности можно узнать из наградного листа, датированного 20 марта 1945-го.
«<…> награждаю медалью «За отвагу»: <…> заряжающего младшего сержанта Заманского Владимира Петровича за то, что во время боев 4.2.45 года в районе Гегхендорф совместно с расчетом уничтожил до 50 солдат и офицеров противника, подбил танк типа Т-4, уничтожил 2 повозки с боеприпасами противника и первым вышел на перекресток шоссейной дороги. <…> Командир 1223 легко-самоходного артиллерийского Новгородского ордена Кутузова полка подполковник Щеваев»
После Победы армейская служба для молоденького бойца не закончилась.
Его оставили служить в составе Северной группы советских войск, дислоцировавшейся на территории Польши. Именно там спустя почти 5 лет Заманский попал в переделку, круто изменившую его жизнь на ближайшие годы.
В 1950-м он вместе с несколькими однополчанами оказался на скамье подсудимых за участие в избиении заместителя командира их взвода. Достоверных подробностей нет, но якобы «темную» молодому заносчивому сержанту его куда более возрастные подчиненные – бывшие фронтовики, устроили за то, что слишком уж «качает права» и придирается, пользуясь своей должностью. Такое «вразумление» кончилось довольно серьезными травмами потерпевшего. Потому последствия для Заманского и его сослуживцев-участников экзекуции были очень печальные. Военный трибунал приговорил Владимира к девяти годам лагерей.
Срок отбывал в разных отделениях ГУЛАГа – трудился на ударных стройках. Сперва в Харькове, потом – в Москве. Здесь довелось парню участвовать в возведении одной из самых знаменитых сталинских высоток – здания МГУ на Ленинских горах. Работал на самой верхотуре и благодаря этому получил поблажку: когда вскоре после смерти «вождя народов» была объявлена амнистия, в списки досрочно освобожденных включили и этого «зека», с учетом того, что работал в особо опасных условиях. В итоге вместо назначенных девяти лет он отсидел менее четырех.
Проверен «Проверкой»
К счастью тот лагерный период не оставил следов – по крайней мере внешне, — в дальнейшей судьбе Заманского. Получив свободу Владимир решил, что теперь его место – на сцене, и вскоре поступил в Школу-студию МХАТ. При этом произошла его «игра со временем» в обратную сторону: когда-то добавил себе пару лет, чтобы уйти на фронт, а теперь понадобилось «подкрутить стрелки вперед» ради осуществления новой своей мечты.
В одной из телепередач многолетней давности Владимир Петрович вспоминал о той поре, когда оказался на воле: «…вышел и уже рассуждал о том, как буду поступать в театральный институт. Я упросил начальника (лагерной) спецчасти, чтобы он скостил мне два года. Потому что мне уже было 27 лет. А в театральный институт в 27 лет поступать почти бессмысленно. Хороший был человек и пошел на мои уговоры…» В итоге на протяжении довольно долгого времени в документах Заманского было упомянуто: год рождения — 1928-й.
После успешного окончания учебы в 1958-м талантливого выпускника приняли в труппу московского театра «Современник», где он проработал затем почти 8 лет. Столько же продлилось в последствии его сотрудничество с Театром-студией киноактера…
Кинематографическая биография Заманского началась в 1959-м. Тогда он сыграл свою дебютную кинороль – в фильме «Колыбельная» Еще год спустя молодой артист согласился поучаствовать в дипломной работе одного из выпускников режиссерского факультета ВГИК. Звали его Андрей Тарковский. А короткометражка, снятая по сценарию, написанному самим Андреем Арсеньевичем в соавторстве с другим будущим корифеем советского кино Андреем Кончаловским, называлась «Каток и скрипка». Она рассказывала историю о неожиданно возникшей дружбе мальчика, который осваивает в музыкальной школе игру на скрипке, и взрослого мужчины – водителя катка для уплотнения нового асфальта, уложенного на улице. Именно роль этого работяги и исполнил Заманский. К слову сказать, короткометражная лента годом позже завоевала первую премию на фестивале студенческих фильмов, проходившем в Нью-Йорке.
Сотрудничество актера-фронтовика с Тарковским продолжилось. В 1972-м уже получивший большую известность режиссер пригласил Владимира Петровича поработать у него в научно-фантастической драме «Солярис». В результате голосом Заманского заговорил главный герой картины – Крис Кельвин, сыгранный Донатасом Банионисом. Поучаствовал Владимир Петрович и в озвучивании другого знаменитого фильма Тарковского – «Солярис».
Среди важнейших этапов кинематографической карьеры нынешнего юбиляра — его участие в военной драме «Проверка на дорогах», которую режиссер Алексей Герман снял в 1970-м. Владимир Петрович сыграл в этом очень непростом, «многослойном» по смыслу фильме одну из главных ролей – Лазарева, бывшего сержанта Красной армии, оказавшегося в плену и сперва перешедшего служить к немцам, но потом ушедшего в партизанский отряд, желая искупить вину перед родиной. Именно персонаж Лазарева стал большой проблемой при получении картиной прокатного удостоверения. В итоге фильм Германа «положили на полку», обвинив создателей в «дегероизации народного сопротивления оккупантам во время Великой Отечественной». Массовому зрителю «Проверку на дорогах» показали только полтора десятилетия спустя, когда в стране начались серьезные перемены.
Столь долгий период ее нахождения под запретом привлек повышенное внимание к этой ленте. Теперь, в годы Перестройки, фильм Алексея Германа получил очень высокие оценки. Уже вскоре, в 1988-м пятеро создателей «Проверки…» были удостоены Государственной премии СССР. Среди них и Владимир Заманский. Кроме того в 1986 году актер, сыгравший бывшего предателя Лазарева, получил приз «За лучшую роль» на Международном кинофестивале в югославском Сопоте. А в 1989-м Владимиру Петровичу присвоили звание народного артиста РСФСР.
Домик с видом на Оку
В общей сложности В. Заманский снялся более чем в 70 фильмах. Ему довелось работать с нашими выдающимися режиссерами – Станиславом Ростоцким (фильм «На семи ветрах»), Юрием Озеровым (эпопея «Освобождение»), Александром Аловым и Владимиром Наумовым («Бег»), Александром Миттой («Точка, точка, запятая…»), Евгением Кареловым («Два капитана»), Григорием Чухраем («Трясина»), Александром Сокуровым («Дни затмения»)… Однако сам артист, невзирая на успехи, никогда не стремился к «звездному» статусу. Этот человек в жизни оставался похожим на многих своих персонажей – тех, у кого хорошо заметен типаж, неоднократно воплощавшийся Владимиром Петровичем на экране, – вдумчивый, «не громкий», внимательный к окружающим… Он не играл, он становился своим очередным героем: «Для меня это была <…> жизнь в ее особом развороте».
Весьма успешную карьеру в кино Владимир Петрович оборвал почти 30 лет назад. В 1998 году они с женой переехали жить в город Муром на юго-востоке Владимирской области.
Столь неординарный, непонятный многим шаг вызван, по-видимому, сугубо внутренними духовными причинами. И давней семейной драмой.
Еще в 1962-м Заманский связал свою жизнь с актрисой театра «Современник» Натальей Климовой. Спустя несколько лет красавица прославилась на всю страну, сыграв Снежную Королеву в одноименном фильме-сказке. В ту пору эти двое считались одной из самых эффектных артистических пар. Перспективы перед обоими открывались самые заманчивые. Однако на пути к творческим достижениям, на пути к обустройству полноценного семейного гнезда (поначалу ютиться приходилось в убогом жилище, под которое оборудовали театральное подсобное помещение) внезапно возникло препятствие, которое казалось очень серьезным: выяснилось, что Наталья ждет ребенка. Тогда супруги приняли решение, впоследствии придавившее их тяжким грузом переживаний: «С этим не надо торопиться. Еще успеем». Увы, «успеть» не получилось: из-за проведенной медицинской процедуры Климова больше так и не смогла стать матерью.
С годами этот «грех молодости» ощущался, видимо, все сильнее. Проблем добавляли серьезные неполадки со здоровьем у обоих (Владимиру Петровичу к старости стали заметнее досаждать последствия его ранения в голову на войне). А тут еще и непростые 1990-е подоспели – период абсолютной безнадеги для актеров старшего поколения.
Супруги нашли выход в вере. И в уходе от шума и суеты огромного города. Продали московскую квартиру, купив взамен небольшой домик в Муроме, неподалеку от берега Оки с видом на старинную Никольскую церковь и Воскресенский женский монастырь.
Тут самое время вспомнить фразу-надрыв, произнесенную трагическим персонажем, сыгранным Владимиром Петровичем в «Проверке на дорогах», бывшим полицаем-предателем Лазаревым: «Имеет право человек один раз сначала начать, если с первого раза жизнь осечку дала?» Вот Заманский много лет спустя и дал себе такое право. В 72 года начал жизнь фактически совсем иную, чем прежде, став человеком воцерковленным. К слову сказать, крестился он уже в очень серьезном возрасте, когда исполнилось 50; сделал это вслед за любимой женой.
Довелось встречать высказывания, что супруги, обосновавшись на родине Ильи Муромца, живут в своем домике настоящими затворниками. Но это не совсем так. Владимир Заманский на протяжении нескольких лет обязательно участвовал в торжественных мероприятиях по случаю очередного Дня Победы, устраиваемых в Муроме. Кроме того, он в «нулевые» годы был одно время ведущим в телепроекте, который посвящен истории Русской православной церкви. Владимир Петрович также сотрудничал с религиозной радиостанцией, выступая в ее передачах как чтец духовной литературы, а еще записал на аудионоситель текст Евангелия, чтобы люди могли слушать у себя дома.
Заманского по праву можно было бы назвать ныне здравствующим патриархом отечественной сцены. Однако Владимир Петрович наверняка с таким «титулом» не согласится. В первую очередь потому, что «патриарх» — это для него уже давно не обозначение заслуженного человека, а высший духовный чин в Православной церкви.
