Группы продленного дня, они же «продленки», знакомы многим. Для кого-то это и сейчас «больная тема», другие вспоминают о продленке с ностальгией. Сегодня подобный присмотр за детьми может быть платным. Из регионов приходят сообщение о том, что в отдельных школах платную продленку творчески переосмысляют. До такой степени, что к ГПД приравнивают даже простое сидение ребенка в коридоре в ожидании кружков. Дескать, все равно мы за него несем ответственность. Насколько такое решение правомерно, отвечают эксперты.
тестовый баннер под заглавное изображение
В Новосибирске от родителей потребовали «оплатить продленку» потому, что при раннем окончании уроков их сын-четвероклассник целый час «сидит в углу» в коридоре. Кстати, родители этого мальчика — многодетные.
Жалобы на подобные же ситуации летят из других регионов, из Челябинской и Самарской областей и не только. По принципу, сидишь в школе — плати. Нельзя «просто так» торчать в альма-матер в ожидании экскурсии, внеурочки или дополнительных занятий.
Аргументация у таких требований имеется. Пока ребенок находится в школе (либо на пришкольной территории), директор за него несет полную ответственность. До той минуты, как ребенок школу покинет (в Москве это фиксируется в электронном дневнике).
Различные инциденты с судебными разбирательствами, в которых фигурируют крупные суммы, не дадут соврать. Размер компенсаций морального вреда и лечения после несчастного случая в школе может составить суммы от 50 до 300 тысяч рублей. А сейчас, после активизации нападений на школу, любой «неучтенный» ребенок в коридоре смущает школьную администрацию дополнительно.
Если слушать юристов, то в ситуации с оформлением в ГПД ребенка в коридоре школа, вроде бы, права. Даже с учетом того, что платные продленки пробивали себе дорогу с трудом. Нашим людям, особенно старой закалки, продленки запомнились совсем другими. «С нами учителя до 6 вечера сидели, делали уроки, кормили-гуляли, почему с внуками не так?..»
В 2024 году продленки вернулись в школу официально, через Госдуму. Тогда же и подсчитали, что опыт «советской» продленки с ее, фактически, полупансионом, сегодня обойдется в школе в 30 тысяч рублей на ребенка. Сегодня продленка в Москве стоит, в среднем, от 15 до 25 тысяч рублей в месяц. Она не такая «длительная», до 16.30 или 17 часов, но все равно датируется.
— Нельзя сравнивать «тогда» и «сейчас», — говорит 54-летняя москвичка Анна. — Я, как и большая часть нашего класса, фактически выросла на продленке. У нас не было бабушек, чтобы сидеть, у многих неполные семьи, в которых мамы работали за двоих. Нас в школе действительно кормили, не очень вкусно, но был еще платный буфет с пирожками за 10-15 копеек. Делали уроки полностью, выходили на прогулку, откуда возвращались обваленными в снегу, а одежду развешивали на батареях в классе. Это зимой, а в теплую погоду, мы во дворе играли в прыгалки, в «классики», в «казаки-разбойники» и футбол. Нас развлекали кино, диафильмами и поделками, даже «научным театром». Многое тогда в школах делалось на альтруизме, бескорыстно учителя с нами занимались.
С другой стороны, и ответственности со стороны школы, и даже родителей, было тогда куда меньше. Мы класса с 6 убегали с продленки, шли за мороженым, за пирожками, просто по скверам гулять. Мальчики убегали играть в войнушку в выселенные дома. Иногда это все оканчивалось плохо, одноклассник руку себе сломал, «на продленке». Однажды такой побег окончился трагически. Шестиклассник залез на высоту, на строительные леса и сорвался. Отчетливо помню и горе его родителей, и прощание с похоронной процессией в школьном дворе. И то, как учительницу, которая тогда дежурила, посадили в тюрьму на длительный срок.
Судя по рассказам коллег, такая же вольница, если не больше, была в 1990 годах. Это касалось и совместных поездок на метро, и посещений выставок-музеев, откуда можно было улизнуть. Обычным делом было слинять с выездного урока физкультуры. Никто этим не озадачивался, не следил как сегодня, требования к школам тоже были намного мягче.
Случай с платным сидением в уголку как в ГПД прокомментировали в некоммерческом объединении в области образования. Юрист посоветовал внимательно прочесть локальные акты школы и правила внутреннего распорядка. По норме закона, администрация имеет право внести в эти самые правила платные услуги по «уходу и присмотру» после занятий. Ведь «просто нахождение» в школе, на самом деле, жестко регламентируется санитарно-гигиеническими требованиями, нормами безопасности «повышенной готовности».
Другое дело, если речь о семьях льготных категорий, тут можно побороться за уменьшение или отмену оплаты вообще. И, если уж ребенок числится в ГПД, то пусть и сидит в классе, а не в коридоре, идет на полдник вместе со всеми.
Другой подход к проблеме «школьника в углу» демонстрирует юрист Станислав Попов. Он считает, что повышенные меры безопасности или иные требование не должны ложиться финансовым бременем на родителей.
— Если ребенок сидит и ждет начала занятия, это уже нехорошо и может быть причиной нештатной ситуации, — полагает юрист. — Если так сверстано расписание, что кружки на час позже, чем окончание уроков, да еще в младшей школе. Это повод, чтобы ребенка посадить в другой класс, временно привлечь к внеклассной деятельности. Да хоть в учительскую, в секретариат временно посадить.
Если таких детей несколько, то для них организуют временную группу с присмотром дежурного учителя, педагога-организатора или вожатого.
Хочется напомнить, что не только бесплатное образование, но и соблюдение безопасности, охрана здоровья в организации образования — конституционное право ребенка.
Час просидеть в коридоре на лавочке — это не ГПД, резюмирует Попов. И не повод для навязывания платных услуг. Если на этом настаивают, стоит обратиться в надзорное ведомство в сфере образования.
