Число несчастливых россиян снизилось в 2,5 раза за последние 6 лет
Поистине головокружительной статистикой поделилась Высшая школа экономики: оказывается, число несчастливых россиян снизилось в 2,5 раза за последние 6 лет. Точнее, тех, кто считает себя несчастным и признается в этом в соответствующем опросе. Со счастьем тоже все прекрасно: в 2019 году счастливы были 79% взрослых россиян, а в 2026-м — 89%. Динамика!
тестовый баннер под заглавное изображение
Что такое счастье в 2026 году: базовая безопасность и никакого «успешного успеха»
Звучит, конечно, как дичайший парадокс. Значит, в 2019 году, когда ещё не было ни ковида, ни чего другого нехорошего, эти респонденты были несчастнее, чем сегодня? Правда? Они вообще знают, что вокруг происходит?! Цены растут, а зарплаты — не очень. Шаг за шагом приходится экономить больше и больше, и даже бодрая поговорка «Пока толстый сохнет, худой сдохнет» уже не особо воодушевляет. Новые рукотворные и бюрократические препятствия появляются хоть на пути к высшему образованию, хоть к отпуску за границей, хоть к общению с родственниками по видеосвязи — словом, ко всему, что много-много лет не вызывало проблем. В последние 4 года страна, мягко скажем, крайне нестабильна и не вполне безопасна, так что некоторые штуки, которые прежде воспринимались сюжетами из рассказов бабушек, а то и прабабушек, перестают быть абстрактны. И на фоне этого — поди ж ты! – россияне стали счастливее.
Врёт нам статистика, не иначе!
Сразу начинаешь искать заговор или как минимум фигу в кармане. Ну да, конечно, всё понятно: во-первых, счастье обычно формулируется исходя из социально одобряемых критериев, а во-вторых, явно выросла доля социально одобряемых ответов. Люди ведь нынче пуганые, понимаю, что с социологами нельзя говорить как на исповеди… Точно как в фильме «Доживем до понедельника» иронично отмечал герой юного Старыгина: «Мало ли, у кого что на душе! Обо всем в сочинении писать?». Сочинение, напомним, было как раз о счастье… Вот и тут явно то же самое: граждане понимают, каких ответов от них ждут — и охотно их дают. Да и вообще: счастливость — очень удобный критерий для оценки социального благополучия, потому что субъективный. Обещать, что люди станут счастливее, проще, чем обещать, что у них будет больше масла и молока на душу населения. Прекрасный круговорот лапши, которую можно вешать друг другу на уши.
Ну а если предположить, что это не лапша и не подтасовка, а чистая правда? И люди сейчас, в 2026 году, действительно чувствуют себя вполне счастливыми? Как такое возможно?
Вернёмся к той же мысли: счастье — понятие субъективное. Значит, ответ на животрепещущий вопрос стоит искать в личной сфере. Ёжику понятно, что если, скажем, в 2019 году человек тяжело переживал разрыв отношений, а в 2025-м закрутил головокружительный роман со взаимными чувствами, то он стал заметно счастливее — вне зависимости от того, что там вокруг происходит. А уж если у кого-то вдруг ребёнок родился (особенно если долгожданный), то ни к гадалке, ни к аналитикам ходить не надо: естественно, это будет самый лучший год, точка.
Красноречивая деталь: Наиболее уверенно о своем счастье говорит молодежь — среди тех, кто моложе 24 лет, безусловно счастливы 38% респондентов. С одной стороны, молодость будто бы всегда счастлива и беззаботна, чему тут удивляться? С другой стороны, есть и тенденция, о которой давно уж говорят социологи: чем моложе россияне, тем большие они микросоциалы. Возможные синонимы — мещане, эгоисты, которым своя рубашка однозначно ближе к телу, и чьё счастье зависит не от судеб родины, а от простых повседневных вопросов. Те самые, после которых хоть потоп, и они этого не стесняются и открыто признают, что личное для них заведомо выше общественного. Жильё есть? Взаимная любовь в наличии? Родители живы и здоровы? Счастье! Ну, правда, а чего ещё надо?
Ещё один немаловажный критерий — социальный контекст. В благополучные сытые 2010-е годы на восприятие молодыми людьми счастья нехило влиял культ «успешного успеха» — и было как-то даже неловко признавать себя счастливыми, если к 30 годам ты ещё не запустил бизнес, не объездил весь мир и не купил (с нуля!) трехкомнатную квартиру. В гламурные нулевые — и того хлеще: ну какое счастье, если не можешь позволить себе тряпочку из новой коллекции и суши по пятницам, ну о чем вы? Нынешние же 2020-е, которые с самого первого месяца начались как-то ну очень сомнительно, наверняка заставили многих ого-го-го как пересмотреть критерии счастливой жизни. Вспомним хотя бы о том, что дежурное пожелание «Здоровья!» заиграло новыми красками во время пандемии коронавируса. Ну так вот: здоровы? Все живы? Крыша над головой есть? Близкие рядом? Живёшь не в горячей точке? Может быть, денег по-прежнему хватает на нормальную жизнь и даже приятные излишества? Ну, всё, гражданин, грех жаловаться. Счастье как оно есть. Без иронии.
Как ни крути, а многое решает фон и контекст. В американском подростковом кино регулярно мелькает так называемая ЖУПА — и нет, никакой завуалированной грубости тут нет. ЖУПА расшифровывается как «жирная уродливая подружка» (в английском языке, естественно, каламбур звучит иначе), на фоне которой блистательная «мисс старшая школа» блистает ещё ярче. В России образца 2026 года, кажется, таких ЖУП — в избытке, даже в переизбытке. Не жирных и не уродливых, но — менее обеспеченных, менее здоровых, живущих в менее спокойных регионах, могущих похвастаться меньшим числом живых близких… И для того, чтобы честно признаться, глядя в зеркало, — грешно жаловаться, мать, ты ведь на самом-то деле очень счастливая! — вовсе не обязательно стало оглядываться на каких-то абстрактных недоедающих детей Африки или угнетённых негров. Антипримеры внезапно оказались очень близко. Вон они — по тем же улицам ходят.
