Пока в Гаване отключают свет и вывозят наших туристов, кубинцы верят, что Россия пришлёт танкеры с нефтью
Дональд Трамп снова примеряет на себя костюм исторической фигуры и, по мнению его сторонников, мечтает войти в учебники как человек, «вернувший Остров Свободы к ногтю», а на Кубе считают часы отключений света и литры недостающего бензина.
тестовый баннер под заглавное изображение
Мы поговорили с россиянином, который живёт в Гаване уже четвёртый год, — и попытались понять, как выглядит сегодняшняя кубинская реальность.
С момента революции 1959 года прошло 67 лет. С Карибского кризиса — в этом году 64. Для истории — мгновение. Для кубинцев — целая жизнь в режиме давления.
Сегодняшняя инфоповестка проста и жестка: перебои с топливом, эвакуация туристов, четырёхдневная рабочая неделя, пустые баки. И если это действительно часть большой игры — то ставка в ней не только нефть и логистика. Ставка — перевернуть историю вспять.
Войти в учебники можно по-разному. Можно — как человек, который построил. А можно как Герострат. Оставив миллионный остров без света, бензина и нормальной жизни, рассчитывая, что темнота доделает всё остальное, а отсутствие комфорта заставит сдаться.
Куба сегодня — это страна, где электричество выключают по графику, но музыку — никогда. Где в новостях пишут «топливный коллапс», а на набережной Малекон всё равно сидят влюблённые и спорят о бейсболе.
И да, российских туристов сейчас действительно вывозят. Вывозными рейсами. В аэропортах — пустые самолёты, в отелях — отменённые брони, у туроператоров — нервный тик. Причина — дефицит топлива, перебои с электричеством, проблемы с поставками воды. Говорят — нефтяная блокада, давление, пошлины, цепочка санкций и контрсанкций…
Вопрос в другом: что дальше? И удастся ли Дональду Трампу провернуть с Кубой то, что удалось с Венесуэлой, пусть и иными методами?
Но Куба — это не Венесуэла. Это вообще «совсем другое». Экзистенционально. Куба живёт не по часам, а по внутреннему ритму. И этот ритм, несмотря ни на что, оказывается удивительно устойчивым к внешнему давлению.
Удивительно, но большинство кубинцев по-прежнему уверены: Россия их не бросит. И то, что на календаре давно не 1962-й, а Россия — не Советский Союз, их волнует меньше, чем прогноз погоды на завтра.
Вера — категория иррациональная. Остров Свободы ею дышит.
Кубинцы вообще люди спокойные. Паника — не их жанр. Протесты? Почти нет. Очереди — да. Отключения света — да. Песни — обязательно.
Они уже переживали «особый период» 90-х. Переживут и этот. Вопрос только — какой ценой и в каком виде.
Чтобы понять, что происходит на земле, а не в новостях, я поговорила с Андреем (имя изменено) — русским релокантом, который обитает в Гаване с 2022 года.
У него небольшой бизнес. Несколько раз в год он летает в Россию — там остаётся семья. Но покидать Кубу насовсем не собирается. Несмотря на трудности. И на Трампа.
— Андрей, как у вас дела? Положение ухудшилось?
— Да, блокада. Бензина нет. Авиаперелёты отменили. В остальном всё спокойно. Нет ни паники, ни протестов.
Вот в этом месте хочется спросить: «То есть как — всё спокойно?»
Но Куба умеет спокойно жить в условиях, которые в другой стране вызвали бы коллективную истерику.
— А с туристами из России что?
— Туристов вывозят обратно. За ними прилетают пустые самолёты. 24 февраля будет последний рейс в Россию.
Последний — слово тревожное. Но, как показывает практика, на Кубе ничего не бывает окончательным. Здесь даже революция длится десятилетиями.
— Как вообще передвигаетесь по городу, если бензина нет?
— Нормально. Спасают трёхколёсные электромотоциклы. На них магазины развозят товар, они же работают как такси. Их здесь очень много. И просто электроскутеров тоже хватает.
— А как их заряжают?
— Есть специальные заправки и дома от розеток. Мой скутер заряжается за три часа. Но свет тоже периодически отключают.
— Свет в сутки сколько дают?
— Везде по-разному. Где-то по полдня нет. У меня отключают часто, но минут на пятнадцать.
— С интернетом проблемы есть? У вас он ведь государственный?
— Интернет работает. Определённые запреты есть, но не так, как в России. Какие-то приложения скачивают через VPN. А все мессенджеры, в том числе американские, спокойно работают открыто. Интернет государственный, платный. Мобильный дорогой. Я беру безлимит на 10 дней за 29 долларов — через роутер, мне хватает. Фильмы онлайн смотрю. Есть ещё проводной, он дешевле, это у кого есть телефонная линия.
— А холодильники? У вас же жара.
— Люди давно приспособились. Покупают генераторы — у кого есть деньги. Бедные мини-вентиляторы на USB… Не справляются…
— Бизнес сильно завязан на туризме?
— Варадеро и Кайо Коко — да. Но русских там всего процентов десять. Канадцев в разы больше. Те летают индивидуально, через Майами, им так ближе и дешевле. Если проблему не решат, и с канадцами тоже будут сложности, думаю.
— А настоящие американцы у вас бывают?
— Лично я ни одного не видел. Вроде бы бывают кубинцы из США. Только за последние годы туда уехали около трёх миллионов человек. Но они не могут сюда приехать просто так без объяснений, есть свои ограничения и правила.
— Что будет с кубинской экономикой, если нефти не будет? Все же завязано на логистике — импорт, экспорт, самолеты, теплоходы.
— Это главный вопрос. Если помощи не будет — экономика рухнет быстро. Думаю, на это Трамп и его советники и рассчитывают. Но Куба уже привыкла к давлению. Говорят, это 14-я попытка США сменить здесь власть. Местные надеются, что все обойдется, что помогут другие страны. В первую очередь Россия.
— Как интересно?
— Кубинцы считают, что Россия должна прислать танкеры с нефтью. И ещё продовольствие. Как в свое время делал Советский Союз. И если их будут сопровождать военные крейсеры, никакой Трамп ничего не сделает.
Вот тут история встречается с реальностью.
Потому что на дворе 2026 год, а не 1962-й. И Россия сегодня — не сверхдержава с безграничными ресурсами. И мир устроен сложнее, чем в эпоху холодной войны. Но на Кубе в это, видимо, не очень вникают. Там просто верят в чудо, которое упадет с неба или приплывет с моря. При этом, как говорит мой собеседник, большинство кубинцев «люди достаточно образованные, так как социализм дает всем бесплатное образование».
— Кубинцы наши друзья и 100% поддерживают нас во всем. Просто нужно вовремя принять политическое решение. Иначе потеряем ещё одного союзника. И за политикой они все тоже внимательно следят, их жизнь очень бедная, а у бедняков многое напрямую зависит от политики.
— Средняя зарплата здесь какая?
— Около 20 долларов в месяц. Но на неё никто не живёт. Подрабатывают везде, где только можно: такси, рестораны, туризм. Неплохо жить можно на 100 долларов. Это как в российской провинции тысяч сорок, наверное. Тем более, продукты тут дешевле, и они гораздо качественнее.
— Дефицита с продуктами нет?
— Нет, в отличие от бензина, с продуктами все более или менее нормально. Говядины только не очень много. Но так исторически повелось.
Еще при Фиделе Кастро был оформлен жёсткий запрет на забой крупного рогатого скота и свободную продажу говядины. Корова была объявлена стратегическим ресурсом государства, а мясо — продуктом централизованного распределения через карточную систему. Незаконный убой карался уголовно, вплоть до длительных сроков лишения свободы. За убийство коровы иногда давали даже больше срок, чем за убийство человека. Эти ограничения сохранялись десятилетиями..
Рассказывали, что кубинцы ловили для еды кошек, собак. Сейчас все гораздо мягче, но память осталась. И говядина до сих пор на острове ассоциируется с деликатесом. В отличие от тех же лангустов, которых полно. Ну а так народ, конечно, не сильно напрягается, надеясь, что и на этот раз все обойдется.
Что ж, Куба умеет помнить. И умеет терпеть.
— Наши, кто живёт на Кубе, к чему готовятся?
— Кто-то пересидеть. Кто-то отправляет детей временно в Россию. Но в основном перенимаем менталитет местных и думаем, что все нормально будет, не в же первый раз.
И вот в этом, пожалуй, главный парадокс.
Куба — страна хронического кризиса. Но хронический кризис здесь — это форма стабильности. Почти. Удастся ли Трампу сломать этот ритм? Сложно сказать. С Венесуэлой получилось — но там сработали другие механизмы. Куба же — это не только про экономику.
Это ещё и мифология, революционный код и пьянящее ощущение осаждённой крепости, в которой, тем не менее, всегда найдутся гитара и ром.
