Скончался возглавивший неудавшийся государственный переворот в Испании офицер
В Испании умер 93-летний Антонио Техеро Молина, испанский полковник, возглавивший провалившийся путч. 23 февраля 1981 года он удерживал членов парламента Испании в заложниках в течение 18 часов, но сдался, после того как стало ясно, что вооруженные силы страны его практически не поддерживают.
тестовый баннер под заглавное изображение
Вооруженный пистолетом офицер гражданской гвардии Антонио Техеро Молина, возглавивший захват испанского парламента в рамках попытки государственного переворота, которая провалилась, когда король Испании Хуан Карлос I выступил в поддержку зарождающейся демократии в стране, скончался в среду недалеко от Валенсии. Ему было 93 года, пишет The New York Times.
Он умер в тот же день, когда правительство рассекретило 153 документа, полученные в ходе государственного расследования мятежа.
Попытка государственного переворота, совершенная 23 февраля 1981 года, резко ослабила напряженность в испанском обществе спустя шесть лет после смерти долго правившего диктатора Франсиско Франко, некоторые из последователей которого продолжали стремиться к авторитаризму прошлого, напоминает The New York Times. При поддержке десятков вооруженных сторонников — по разным оценкам, от 150 до 280 человек — подполковник Техеро Молина фактически взял в заложники кабинет министров и парламент Испании на 18 часов, прежде чем сдаться, когда стало очевидно, что у него мало поддержки среди большинства вооруженных сил страны.
Начало переворота транслировалось в прямом эфире по телевидению, и испанцы смогли увидеть захватывающие кадры, на которых полковник Техеро Молина стреляет из табельного пистолета, в то время как его сторонники в зеленой форме стреляют в воздух из автоматов, чтобы подавить протесты законодателей.
Вечером 23 февраля, сразу после 18:00, заговорщики ворвались в нижнюю палату парламента, когда депутаты голосовали за нового премьер-министра Леопольдо Кальво Сотело, который должен был заменить Адольфо Суареса, подавшего в отставку неделями ранее, что спровоцировало политический кризис.
В напряженной атмосфере того времени высокопоставленные военные деятели выражали растущую обеспокоенность по поводу распространения терроризма, приписывая его баскским сепаратистам, которые, по их словам, нападали на силы безопасности. Несмотря на свою неудачу, попытка государственного переворота глубоко укоренилась в сознании постфранкистской Испании, отмечает The New York Times.
Полковник Техеро Молина набрал себе сторонников из числа служащих Гражданской гвардии, военизированного подразделения жандармерии с сильными консервативными традициями. Сообщается, что они прибыли к зданию парламента в колонне автобусов, купленных двумя месяцами ранее женой подполковника Кармен Диес Перейрой на средства, пожертвованные неустановленным бизнесменом.
В то время как полковник Техеро Молина дал понять, что он ожидает поддержки от других заговорщиков, наиболее заметный признак более масштабного государственного переворота появился в военном округе Валенсии, в восточной части страны, где генерал-лейтенант Хайме Миланс дель Бош объявил чрезвычайное положение и приказал вывести танки на улицы. Генерал был известен в Испании своей ролью в «Голубой дивизии» Франко, которая поддерживала воевала на стороне Гитлера против Советского Союза во время Второй мировой войны.
В то же время солдаты при поддержке легких танков захватили испанский радио-телевизионный комплекс на окраине Мадрида, но через пару часов отступили.
После захвата парламента полковник Техеро Молина сказал своим пленникам, что через несколько минут “соответствующие военные власти” объявят о формировании “нового правительства, разумеется, военного”. Но такой власти так и не появилось. Говорили, что он позвонил генералу Милансу дель Бошу, чтобы передать ему сообщение: “Sin novedad, мой генерал” или “никаких новостей, мой генерал”, что означает “миссия выполнена».
Но, как и полковник Техеро Молина, генерал был арестован, когда переворот провалился. Примечательно, что сообщений о пострадавших не поступало, отмечает The New York Times.
Этот эпизод потряс Испанию. Со своей стороны, заговорщики стремились создать впечатление, что они пользуются поддержкой короля Хуана Карлоса. Один из выявленных заговорщиков, генерал Альфонсо Армада Комин добивался аудиенции у короля, надеясь укрепить идею королевской поддержки, но король, заручившись широкой поддержкой элиты безопасности, отказал ему.
В 13:14 король Хуан Карлос выступил по телевидению в полной военной форме в качестве главнокомандующего вооруженными силами, чтобы осудить мятеж. “Корона, символ незыблемости и единства отечества, не может мириться ни с какими действиями или личным отношением, направленными на то, чтобы силой прервать демократический процесс”, — заявил монарх.
Полковник Техеро Молина сдался около полудня того же дня.
Поначалу он стал народным героем для крайне правых в Испании. В военной тюрьме под Мадридом к нему приходило так много посетителей, что власти перевели его в крепость Ла-Пальма в Эль-Ферроле в Галисии, на северо-западе Испании, в штаб-квартиру испанского военно-морского флота и на родину Франко. Даже там полковник каждую неделю принимал множество посетителей и в какой-то момент принял приветствие от экипажа проходившего мимо военно-морского корвета.
Через год после этого эпизода 32 офицера и один гражданский предстали перед военным трибуналом. Полковник Техеро Молина, которого обвинили в руководстве повстанцами, захватившими парламент, заявил под присягой, что генерал Армада сказал ему, что штаб-квартирой переворота станет королевский дворец Сарсуэла, где “король убедится в эффективности этой операции”.
В июне 1982 года военный трибунал вынес приговор генералу Милансу дель Бошу и полковнику Техеро Молине. Генерал был приговорен к 26 годам и восьми месяцам лишения свободы, полковник Техеро Молина был приговорен к 30 годам — максимальному сроку, предусмотренному испанским законодательством. Генерал Армада, который также был осужден, был приговорен к шести годам лишения свободы.
Полковник Техеро Молина возмутился своим наказанием. В октябре 1982 года он подал апелляцию и добился права баллотироваться в парламент на выборах в том же месяце, надеясь получить иммунитет. За него проголосовали около 25 000 человек — этого было недостаточно, чтобы получить место в парламенте, отмечает The New York Times.
